Сибирь прирастает ядерными отходами

Очередная партия радиоактивных материалов от западных атомных производств уже на пути в Россию.

 

Более четверти тысячелетия назад великий русский ученый Михаил Ломоносов пророчески изрек: «Российское могущество прирастать будет Сибирью и Северным океаном». С тех пор много воды утекло в Енисее и Оби, и все именно так и происходило. С Россией. Ее могущество умножалось сибирскими золотом, нефтью, газом, алмазами, другими ископаемыми.

 

Сегодня же несметными богатствами этого региона «прирастают» в основном карманы российских олигархов. А сама же матушка Сибирь активно «прирастает» иностранными ядерными отходами, которые закупает Россия.

 

У многих все еще на слуху скандал с ввозом из Германии так называемых «урановых хвостов». Отвального гексафторида урана (ОГФУ), побочного продукта обогащения при производстве топлива для АЭС. (Об этом я писала здесь.) Тогда после протестов немецких и российских экологов последовала традиционная отповедь «Росатома»: «Речь не идет о ввозе в Россию радиоактивных отходов», «это полезное сырье, которое используется… для производства обогащенного урана».

 

И вот снова на днях французский «Гринпис» потряс ковидный мир заявлением с заголовком «Французские ядерные отходы: билет в одну сторону — в Сибирь». А российское его отделение сообщило, что в порт Усть-Луга в Ленинградской области прибыло 20 контейнеров с регенерированным ураном. Это уже, кстати, третья партия в этом году, которая ввозится по контракту между компанией Orano и «Росатомом». Еще 13 контейнеров, по сообщению «Гринпис» Франции, уже на пути в Россию. Здесь их грузят на железнодорожные платформы и отправляют в сибирский закрытый город Северск (бывший Томск-7) на завод по переработке урановых отходов.

 

На требования экологов остановить ядерные путешествия из греков в варяги «Росатом» выдал очередную успокоительную «таблетку». В заявлении акцентируется, что использование регенерированного урана для производства нового ядерного топлива помимо снижения потребления природных ресурсов способствует снижению экологической нагрузки. Как и в случае с немецким отвальным гексафторидом урана, атомщики снова заклинают: это не ядерные отходы, а ценное сырье.

 

Однако следите за руками. Если разобраться не только в денежных потоках и даже политических играх в этой сфере, то окажется, что стакан даже не наполовину, но и вовсе пуст. Потому что в случаях с ввозом и ОГФУ, и регенерированного урана атомщики показывают гражданам один и тот же фокус. Под видом поставки сырья, что разрешено законом, фактически ввозятся и ядерные отходы, что запрещено законом. Сладкая «конфетка» — предполагаемое для использования на АЭС западное сырье — находится в «грязной» обертке радиоактивных отходов. При извлечении «конфетки» эта самая обертка как раз не снижает эконагрузку, а увеличивает ее. В нашей стране.

 

И да, покупая такое «ценное сырье», «Росатом» снижает риски экозагрязнений в западных странах, накопивших за годы работы сотен АЭС миллионы тонн отвального гексафторида. В США ОГФУ решением «Комиссии по регулированию ядерных вопросов» от 2005 г. официально признан радиоактивными отходами. Полагаю, в Комиссии США сидят люди не глупее наших атомщиков, радеющих за иностранные ядерные «хвосты». И сегодня Россия — единственная страна в мире, принимающая в промышленных масштабах урановые отходы на свою территорию из-за рубежа.

 

Зачем урановые «хвосты» снова везут в Россию?

 

Всего несколько фактов. Если обратиться к старой практике ввоза ОГФУ — до 2009 г. (после был значительный перерыв, и вот опять), то согласно контрактам между германо-британско-нидерландской компанией Urenco, французской Eurodif обратно в дообогащенной форме из России им возвращалось всего 10% сырья. А 90% радиоактивных отходов оставалось у нас на хранение — с риском для окружающей среды и людей.

 

С 1996 г. только по контрактам с компанией Urenco к нам доставлено, по данным экспертов, около 100000 тонн отвального гексафторида. Голландский ядерщик Кееса Андриссе в эфире одной из радиостанций прямо заявил, что Urenco «сбрасывает» в Россию «ядерные отходы». Он указал, что «большая часть экспортируемого в Россию из Urenco урана складируется на российских предприятиях на длительный срок в виде ядовитого гексафторида». По мнению Андриссе, для Urenco «это дешевый способ избавиться от урана, который предприятие не может использовать само».

 

Два года назад Совет при президенте РФ по развитию гражданского общества и правам человека опубликовал доклад по итогам заседания в Иркутской области. В нем прямо указано: «ОГФУ токсичен и радиоактивен, при определенных условиях он обладает летучестью, его хранение на открытых площадках Ангарского электролизного химического комбината представляет особую опасность в силу значительных объемов хранимого материала». Общий объем ОГФУ, складированный на четырех предприятиях ядерно-топливного цикла, эксперты Совета оценили в один миллион тонн (!). Куда уж, как говорится, больше?

 

Похожая история и с западным регенерированным ураном, который «Росатом» собирается использовать как топливо для АЭС. Да, французский регенерированный уран это не немецкие урановые «хвосты». Он уже выделен из отработавшего ядерного топлива. Однако, как говорится, хрен редьки не слаще. «Использовать этот регенерированный уран как готовое топливо для АЭС невозможно, он загрязненный и требует дальнейшей дополнительной очистки, — сказал мне сопредседатель НПО „Экозащита“ (внесено в РФ в реестр НКО — иностранных агентов), лауреат международной премии „За жизнь, достойную человека“, часто называемой альтернативной Нобелевской премией по правам человека, Владимир Сливяк. — А при этом процессе образуется много жидких радиоактивных отходов, и они в разы опаснее регенерированного урана, который сам по себе уже и есть радиоактивный материал».

 

Анатомия вранья: от Чернобыля до Нёноксы

 

И эту «грязь» Франция забирать обратно не будет — в контракте, обнародованном западными экологами, о ней ни слова. «Наверняка жидкие отходы от очистки регенерированного урана будут закачивать под землю, загрязняя недра. Российская атомная промышленность еще с прошлого века практикует закачку жидких радиоактивных отходов под землю, что чревато радиоактивным загрязнением грунтовых вод», — говорит Владимир Сливяк. То есть эти отходы остаются навеки в России. Это тоже к вопросу о снижении эконагрузки на российские недра, которой так озабочен «Росатом».

 

Как сообщает французский «Гринпис» со ссылкой на компанию Orano, сейчас речь может идти о поставках около 1000 тонн регенерированного урана в Россию. Впрочем, при уже накопленных за многие годы в Сибири и на Урале около миллиона тонн ядерных отходов (ОГФУ) и немецкие урановые «хвосты», и французский его регенерат скорее всего имеют для атомной отрасли не столько производственное значение, а, скорее всего, возможность таким способом «зайти» на рынки Европы, не опасаясь санкций. По мнению Владимира Сливяка, «может быть, именно за эту „услугу“ „Росатом“ получил возможность войти в совместное предприятие с французским Framatome и германо-британо-голландской Urenco по производству ядерного топлива». Как написал пользователь томского сайта «Новости», «они России санкциями перекрывают кислород для развития нашей экономики, а русский Ваня еще и покупает у них ядерные отходы на свою землю».

 

Парадоксальным образом оказалось, что первые партии контейнеров с французским регенерированным ураном, предназначенным для переработки в Сибири, были погружены в порту Гавра на российский корабль с названием «Михаил Ломоносов». А новая партия уже в пути — на судне «Холмогоры». Именно из поморского села Холмогоры Архангельской губернии юный Ломоносов отправился пешком в Москву учиться. Сдается мне, что великий русский ученый от метаморфозы с таким прирастанием Сибири ядерными отходами, плывущими в Россию на корабле с его именем, всякий раз переворачивается в гробу.

 

*- некоммерческая организация, внесенная Минюстом РФ в реестр НКО, выполняющих функции иностранного агента

 

Алла Ярошинская, rosbalt.ru фото автора

275 просмотров